Краткий взгляд на историю дебатов о внеземной жизни

Парандис Таджбахш

Литография “рубинового амфитеатра” мистификации, напечатанная в The Sun. Источник: Wikimedia Commons (общественное достояние).

В 2018 году спутник Transiting Exoplanet Survey Satellite (TESS) начал свою двухлетнюю миссию в поисках планет вне Солнечной системы, вращающихся вокруг 200 000 звёзд, расположенных в пределах 300 световых лет от Земли. TESS последовал по стопам космического телескопа НАСА «Кеплер», запущенного в 2009 году для поиска планет размером с Землю или меньших вокруг других звёзд и для оценки доли звёзд в нашей галактике, вокруг которых вращаются планеты размером с Землю.

В то время как попытки учёных найти другие обитаемые планеты всё ещё находятся в зачаточном состоянии, история размышлений о существовании жизни за пределами Земли гораздо более древняя. Несмотря на обширные исследования в этой области, по крайней мере, на Западе и в христианском мире, «история дебатов о внеземной жизни» остаётся менее известной. В этой статье обсуждаются некоторые из основных событий, сформировавших «дебаты о множественности миров» на протяжении веков.

Относительно существования других миров позиция древних греков распалась на две крайности: с одной стороны, атомисты, такие как Эпикур, выступали в пользу существования бесконечного числа миров. Школа атомистов, основанная на учении Левкиппа и Демокрита, утверждала, что всё состоит из атомов. Атомы, означающие неделимые блоки материи, были бесконечны по количеству и постоянно находились в хаотическом движении. Время от времени, утверждали атомисты, такие хаотические движения сблизят некоторые из этих атомов и сформируют новый мир. Поскольку число атомов бесконечно, должно существовать бесконечное количество миров. «Другие миры» атомистов были не другими обитаемыми планетами, а скорее геоцентрическими вселенными с собственной Землёй в центре, вокруг которой вращаются луна, солнце и группа планет со звёздами, расположенными в хрустальном своде. Мы, жители этого мира, не имели никаких средств связи с этими другими мирами. На первый взгляд, эта идея напоминает современную концепцию мультивселенных: альтернативную гипотезу, объясняющую тонкую настройку фундаментальных констант вселенной.

На другом конце стояли два гиганта греческой философии, Платон и Аристотель, которые выступали против множественности миров. Аргумент Платона имел философскую основу, в то время как антагонизм Аристотеля по отношению к существованию других миров коренился в прямом противоречии между этой идеей и его физикой. В физике Аристотеля часть вселенной, заключённая в земную сферу, состояла из четырёх элементов: воды, земли, воздуха и огня. Любое движение в рамках аристотелевской физики объяснялось учением о естественных местах; каждый из четырёх элементов вселенной Аристотеля искал своё естественное место. Вода и земля имели тенденцию падать к центру вселенной, совпадавшему с центром Земли, в то время как воздух и огонь устремлялись вверх. Можно поднять рукой кусок земли, но это насильственное движение, противоречащее естественной тенденции этого элемента. Аристотель утверждал, что существование двух земель подразумевает существование двух центров во вселенной, что абсурдно.

Аристотелевская система философии и физики была принята как мусульманскими учёными, так и христианской церковью. На протяжении многих веков люди выдвигали аргументы в пользу уникальности Земли, основываясь на учении Аристотеля. Многие выдающиеся богословы и естествоиспытатели, в том числе Альберт Великий (1193-1280) и его ученик Св. Фома Аквинский (1225-1274) отрицали существование других обитаемых миров на основе аристотелевской модели. Однако в 1277 году важное событие повернуло спор в пользу существования внеземной жизни. Папа Иоанн XXI приказал парижскому епископу Этьену Темпье расследовать обвинения в ереси. Студенты Парижского университета получили копию новых комментариев Аверроэса (Ибн Рушда) к трудам Аристотеля. Аверроэс (1126-1198), мусульманский философ, прославился своими комментариями к сочинениям Аристотеля, и именно распространение его работ вызвало подозрения у папы. Некоторые из положений, обсуждавшихся в комментариях Аверроэса, подразумевали ограничение силы Божьей, и поэтому в 1277 году Темпье осудил 219 таких ультрааристотелевских утверждений, из которых 34-е имело прямое отношение к вопросу о множественности миров: «первопричина не может создать более одного мира». Фактически это находится в прямом противоречии с всемогуществом Бога. Если бы Бог пожелал, он мог бы создать много миров. После этого события люди стали более свободно размышлять о существовании других миров. В своём знаменитом трактате «De Docta Ignorantia» (1440), или «Об учёном незнании», немецкий философ и теолог XV века Николай Кузанский (1401-1464) писал:

«Жизнь, как она существует на земле в форме людей, животных и растений, должна быть найдена, предположим, в более высокой форме в солнечной и звёздной областях. Вместо того чтобы думать, что так много звёзд и частей небес необитаемы, и что одна лишь эта наша земля населена – и притом существами, возможно, низшего типа – мы предположим, что в каждой области есть жители, отличающиеся от нас по своей природе и рангу, и все обязаны своим происхождением Богу, который является и центром, и периферией всех звёздных областей».

Дискуссия о внеземной жизни совершила очередной скачок в 16-м столетии после публикации книги «De revolutionibus orbium coelestium» («О вращениях небесных сфер», 1543), написанной польским монахом и математиком Николаем Коперником (1473-1543). В попытке уменьшить математическую сложность геоцентрической вселенной Коперник представил гелиоцентрическую вселенную, где Земля была просто ещё одной планетой, вращающейся вокруг Солнца. Гелиоцентрическая модель Коперника распахнула дверь для присоединения юпитерианцев и сатурнианцев к обитателям Солнечной системы. В конце концов, если Земля была просто ещё одной планетой и изобиловала жизнью, другие планеты также могли быть обителью для разумных существ. Кроме того, по сравнению с геоцентрической моделью гелиоцентрическая вселенная была намного протяженнее, со звёздами, расположенными дальше. Большая вселенная оставляла больше места для идеи инопланетян, поскольку очень большая вселенная с человечеством в качестве единственного разумного обитателя подразумевала, что Бог создал остальное пространство напрасно. Огромное пространство и множество звёзд, разбросанных в нём, не имели непосредственного смысла для человечества. Поскольку Бог ничего не создаёт зря, некоторые утверждали, что эти звёзды служили источниками света для других миров.

Позднее революционная теория Коперника была подкреплена некоторыми наблюдениями Галилео Галилея (1564-1642). Галилей прекрасно понимал, что Луна, возможно, не может поддерживать жизнь, отчасти потому, что наш спутник испытывает экстремальные колебания своей температуры из-за того, что лунный день и лунная ночь длятся по 15 земных дней. Галилей также весьма расплывчато высказывал свою точку зрения на существование жизни в других местах Солнечной системы. Его современник и коллега, немецкий натурфилософ и математик Иоганн Кеплер (1571-1630), однако, полагал, что открытие Галилеем спутников Юпитера было убедительным доказательством того, что он обитаемый. Рассуждения Кеплера основывались на телеологическом аргументе, где существование объекта оправдано целью, которой он служит. Для Кеплера Юпитер является «с высокой степенью вероятности… обитаемым» просто потому, что он обладает четырьмя «маленькими лунами», которые должны освещать небеса юпитерианцев. По словам Кеплера, «каждая планета со своими обитателями обслуживается собственным спутником». Ещё более увлекательным является «Somnium» Кеплера, опубликованный посмертно в 1634 году, – замечательный пример раннего произведения научной фантастики, в котором главный герой (прототипом которого в значительной степени был сам Кеплер) летит на Луну, которая оказывается шаром с суровым климатом, населённым змееподобными существами. Кристиан Гюйгенс (1629-1695), известный голландский астроном и первооткрыватель Титана, гигантского спутника Сатурна, также твёрдо верил, что наша вселенная населена и другими разумными существами. В своей посмертно опубликованной книге «Cosmotheoros» (1698 г.) Гюйгенс утверждает, что инопланетяне должны напоминать нас как по своим чувствам, так и по анатомии. Он рассуждает о том, что математика, геометрия и музыка должны быть универсальными – идея, которая принята многими сегодня.

by Lemuel Francis Abbott,painting,1785

Постепенно вера в существование инопланетян стала более распространённой. В начале 18-го века великий немецкий философ и математик Готфрид Вильгельм Лейбниц (1646-1716) любопытным образом использовал идею существования инопланетян, чтобы решить проблему зла: почему всемогущий, всеблагой и всезнающий Бог дозволяет зло. Лейбниц утверждал, что всё зло, которое существует во вселенной, совершается на Земле и, таким образом, «почти теряется в небытии» по сравнению с «добрыми вещами, которые есть во вселенной». Его аргумент в значительной степени согласуется со многими современными предположениями об утопических инопланетных обществах, которые, как полагают, поднялись над конфликтами, войной и злом и живут мирно.

Но, пожалуй, наиболее нетрадиционными взглядами на множественность миров были взгляды сэра Уильяма Гершеля, выдающегося астронома 18-го века. Открытие Урана – лишь один из многочисленных вкладов Гершеля в астрономию. Менее известны его взгляды на обитаемость Луны, других планет и даже Солнца. Исследование неопубликованных работ Гершеля показывает его как человека, одержимого открытием жизни за пределами Земли. Человека, который полагал, что он действительно наблюдал растущие субстанции на поверхности Луны, предполагая, что ударные кратеры были лунными городами. Наиболее любопытной из гипотез Гершеля о плюрализме миров была его вера в то, что Солнце также населено «существами, органы которых адаптированы к особым обстоятельствам этого огромного шара». Гершель обосновал это, выдвинув гипотезу о том, что наша звезда имеет прохладную, твёрдую, сферическую поверхность, окутанную двумя слоями облаков. При этом внешний слой – горячий и светящийся, в то время как внутренний слой действует как экран, отражая тепло, чтобы поддерживать внутреннюю прохладу. Что касается солнечных пятен, Гершель предположил, что это были отверстия в облаках, через которые обитатели Солнца могли бы смотреть и видеть остальную часть Вселенной.

Хотя Гершель-старший так и не получил полного уважения и внимания со стороны научного сообщества из-за своего скромного происхождения, его сын Джон, получивший образование в Кембридже, стал самым уважаемым астрономом своей эпохи. Джон унаследовал не только самые современные телескопы своего отца, но и некоторые из его очень странных убеждений. Трудно поверить, что такой эрудит, как Джон Гершель, мечтал о жизни на Солнце или об обнаружении обитаемых зон на Луне. К концу восемнадцатого века вера в существование инопланетян настолько широко распространилась в Европе, что была включена в проповеди многих священнослужителей. В Англии преподобный Томас Дик (1774-1857) даже опубликовал оценку общей численности населения Солнечной системы. В своих расчётах он заселил не только планеты и их спутники, но и карликовые планеты и кольца Сатурна, получив в результате колоссальную цифру в 21,8 триллиона жителей. Такие причудливые спекуляции и популярность веры в изобилие жизни в конечном счёте породили один из самых любопытных эпизодов в истории журналистики – «Великую лунную мистификацию».

В 1835 году нью-йоркская «Сан» конкурировала со многими подобными газетами, чтобы увеличить свои тиражи. 25 августа «Сан» опубликовала первый выпуск из серии статей под названием «Великие астрономические открытия, сделанные недавно сэром Джоном Гершелем… на мысе Доброй Надежды». Согласно «Сан», сообщение было основано на новых открытиях Гершеля, опубликованных в Приложении к журналу «Edinburgh Journal of Science». В статье утверждалось, что новый телескоп Гершеля «огромных размеров» позволил ему «утвердительно решить вопрос о том, обитаем ли этот спутник [луна]». Выпуск 26 августа был наполнен невероятными историями о лунных четвероногих, с «замечательным мясистым придатком…

 Для острого ума доктора Гершеля… он был провиденциальным ухищрением, чтобы защитить глаза животных от великих крайностей света и тьмы, которым периодически подвергаются все жители нашей стороны луны». Также было опубликовано сообщение об обнаружении синего единорога и журавлей «с чрезмерно длинными ногами и клювами». Наконец, 28 августа люди выстроились на улицах Нью-Йорка, чтобы получить самый свежий экземпляр «Сан», ставшей к этому моменту самым распространённым периодическим изданием в мире. Они были вознаграждены описаниями обнажённого «Verspertilio homo» высотой 4 фута, покрытого волосами медного цвета, за исключением крыльев, которые «состояли из тонкой мембраны…, плотно прилегающей к спине от плеч до икр». У этих людей-летучих мышей были желтоватые лица, «немного лучше, чем у больших орангутангов, с более открытым и умным выражением, с гораздо более широким лбом». Из «их жестикуляции, в частности, разнообразных движений их рук… было видно, что они были разумными существами». Первоначальный отчёт о поведении этих лунных жителей, однако, был исключён, поскольку он «не соответствовал земным понятиям о приличии». Затем, 31 августа, было сообщено, что неосторожная ошибка команды Гершеля внезапно положила всему конец; удивительный телескоп был оставлен лицом к восточному горизонту на ночь, а утреннее солнце прожгло огромную дыру в отражающей камере, уничтожив телескоп и вместе с ним изумительные наблюдения, которые он якобы сделал!

Человек, стоявший за лунной мистификацией, Ричард Адамс Локк (1800-1871), позже сказал, что он не хотел создавать ложную серию сообщений. Он только хотел написать сатиру на таких людей, как Томас Дик, «который с искренним благочестием, большим количеством информации и благими намерениями нанёс большой ущерб сразу и рациональной религии, и основанной на логических умозаключениях науке фанатичным, причудливым и незаконным способом, которым он пытался поставить одно на службу другому». Однако сильная вера американцев в существование инопланетян побудила их читать сообщения Локка как новости, а не как вымышленную сатиру.

Чувство возбуждения в отношении существования инопланетян давно затмило фундаментальный религиозный вопрос, который они поднимали: была ли доктрина искупления совместима с существованием инопланетян? Одно из самых ранних размышлений о потенциальной напряжённости между этой основополагающей доктриной христианства и существованием инопланетян принадлежит Уильяму Ворилонгу (1390-1463). Размышляя над вопросом, живут ли инопланетяне в грехе или нет, и если да, то нуждаются ли они в искуплении или нет, Ворилонг писал:

«Мог ли Христос, умерев на этой Земле, искупить грехи жителей другого мира? Я отвечаю, что Он способен сделать это, даже если бы миры были бесконечными, но для Него было бы неуместно идти в другой мир, чтобы умереть снова».

Так продолжалось до тех пор, пока Томас Пейн (1737-1809) в своём «Веке разума» (1794) не заявил, что вера во множественность миров в корне несовместима с христианством:

«Откуда… могло возникнуть… странное заблуждение, что Всемогущий… должен был… умереть в нашем мире из-за того что, как говорят, один мужчина и одна женщина съели яблоко! А с другой стороны, должны ли мы предполагать, что в каждом мире в безграничном творении были Ева, яблоко, змей и искупитель? В этом случае личности, кого непочтительно называют Сыном Божьим, а иногда и самим Богом, нечем было бы заняться, кроме как путешествовать из мира в мир в бесконечной череде смерти, с почти мгновенным интервалом жизни».

Аргумент Пейна стал движущей силой в формировании более поздних позиций многих по вопросу о внеземной жизни. Хотя шотландский евангелист Томас Чалмерс (1780-1847) утверждал, что последствия искупительных действий Христа распространяются не только во времени, но и в пространстве, его аргумент страдал от того факта, что он присвоил человечеству особое место среди других разумных существ. Однако для уважаемого философа и теолога Уильяма Уэвелла (1794-1866), который придумал слово «учёный», аргумент Пейна был вполне разумным. Это привело его к отказу от веры в инопланетян и к разработке ранней версии гипотезы об уникальности Земли. Так называемый геологический аргумент Уэвелла был основан на наблюдении об изобилии отходов в природе. «Тысячи семян падают на землю, но лишь немногие прорастают», – писал Уэвелл. По его мнению, существование отходов в природе не было признаком того, что Бог сотворил мир напрасно, и поэтому не было необходимости связывать жизнь с каждым закоулком во вселенной. Альфред Рассел Уоллес (1823-1913), один из первооткрывателей теории эволюции путём естественного отбора, также верил в раннюю версию гипотезы об уникальности Земли, заявляя, что одновременное наличие множества необходимых условий для возникновения и последующей эволюции жизни на планете совершенно невероятно.

С развитием астрономии и, в частности, спектроскопии, люди постепенно пришли к выводу, что почти все планеты в солнечной системе необитаемы, и многие из их идей о других звёздах, служащих солнцами для планетных систем вокруг них, были физически невозможны. Хотя одно время предполагаемое наблюдение марсианских каналов вызвало сенсацию среди общественности и некоторых учёных, люди в конце концов пришли к пониманию, что разреженная атмосфера Марса делает невозможным существование жидкой воды, а значит, и живых существ.

Фактически в течение первой половины 20-го века было достигнуто согласие о том, что планетные системы довольно редки. Лишь в 1995 году была обнаружена экзопланета вокруг похожей на Солнце звезды 51 Пегаса. Сегодня мы знаем о более чем 4000 экзопланет, причём некоторые из них находятся в зоне обитаемости своих звёзд. Телескопы следующего поколения, в частности, космический телескоп НАСА имени Джеймса Уэбба, будут способны проанализировать состав атмосферы этих далёких миров с целью поиска биосигнатур, а именно определённых газов, таких как кислород, которые являются явными признаками существования жизни на планете. До тех пор всё, что мы можем сделать, это продолжать древнюю традицию размышлений о природе инопланетян.

Парандис Таджбахш получила кандидатскую степень в области астрономии и астрофизики в 2009 году в Университете Торонто. В настоящее время она преподаёт в Йоркском университете и колледже Хамбера. Её исследовательские интересы включают в себя историю внеземной жизни и взаимодействие науки и религии. Для получения дополнительной информации см. ее исследовательский профиль.


Этот пост был переведен на русский язык с оригинального английского текста. Если вы прочитали какие-либо ошибки или хотите оставить отзыв об этом переводе, свяжитесь с нами здесь: https://scienceandbeliefinsociety.org/contact-us/